Последние сообщения:

: можно приехать 4-ого, но об этом надо будет сообщить нам заранее.
Таня
2012-02-06 22:14:18
: особенно приветствуются участники мужского пола=)
Druid
2012-02-06 13:17:02
: Ну да -повезло. -25 градусов мороза и ураганный ветер. Да и снега, ...ну в общем Вам по пояс...
will
2012-02-05 22:53:29
Палатка 3+1 топовая модель : Палатка -Чемпион для победителей-покорителей, производства Норвегия Helsport (лидер производителе
will
2012-02-04 20:08:15
: Внимание Сбор рабочей группы на счет Юбилейного слета переносится на 13.02, в 19.30. Быть всем!
Таня
2012-01-23 23:29:45

Борис Щеглов, Москва.
Большой московский бард одесского туризма.

Ну, здравствуй, Дюк!

Появление Юфы всегда было радостным и шумным. Начиная с 1969 года, с этих незабываемых фестивалей на теплоходах „Иван Франко“ и „Тарас Шевченко“, где мы все подружились. Потом, через 10 лет, на турслетах в Запорожье, где нас на Хортице собирал Виктор Грохольский и турклуб „Эльфы“.

Я помню крики: „Одесситы приехали!“. Шла толпа до боли знакомых физиономий, а впереди выступал сияющий Валерий, на поясе у которого болтался огромный карабин. Что тут начиналось! Возгласы, объятия, хлопанье по плечам, ну и, конечно, „отмечание“ встречи...

Потом пошли десятилетия моей дружбы с одесским турклубом, в чем немалую роль сыграл Валерка. Как-то, по прошествии лет, он мне признался, что едва заходил разговор о слете, он бросал фразу: „А чего там думать, давайте Борьке позвоним!“. Помню десятки этих звонков, после которых я быстренько собирался, хватал гитару, прыгал в самолет и через считанные часы оказывался в Одессе. В одесском аэропорту меня встречали друзья – туристы Инночка Нечаенко, Валя Кучерова, Толя Хорошевский.

Однажды пассажиры, прилетевшие рейсом из Москвы, наблюдали такую картину: на одном краю огромной лужи стою я с гитарой и сумкой, на другом ее краю стоят две девушки с цветами и высокий юноша (А. Хорошевский). Держа перед собой лист бумаги, он громко читает приветственную речь. Собирается толпа. Потом Хорошевский прыскает от смеха – в руках у него чистый лист бумаги, мы все бросаемся обниматься!

Приезжаем в турклуб, а там, конечно, Юфа, Виктор Кашенцов и вся остальная компания обсуждает проведение Всеукраинского слета в Яремче. Кстати, однажды там я выступал за команду Одессы в конкурсе художественной самодеятельности.

В Москве Валерка появлялся каждый раз в новом качестве.

Явление первое

Весна, тепло, март или апрель. Валерка с делегацией от своего завода демонстрирует на ВДНХ станки с программным управлением, причем степень свободы резца у них была выше, чем у японских. Но одет наш делегат был почему-то в темную шубу, и поэтому около моего дома – в районе Рижского вокзала – его остановил милиционер, приняв за челнока, и стал строго спрашивать: „Где товар?“. Пришлось предъявлять паспорт и командировку. Потом дома мы это бурно и со смехом обсудили, я переодел Валерку по сезону, и мы направились с ним в „одесские гости“. Через полчаса мы втроем – я, Юфа и гитара – стояли на пороге квартиры легендарной одесситки Ани Федоровой (ее папа в свое время был директором Одесской киностудии), а в проеме кухонных дверей маячил всем известный одесский журналист Аркадий Ромм. Ну и началось: анекдоты, песни, быль – „Где товар?“...

Явление второе

Летним вечером раздается звонок в моей квартире у Рижского вокзала. Валерка кричит в трубку: „Борька, мы тут, в Москве, летим из Сибири, нас двое и еще четверо, нам подниматься, или как?“. Ну что за вопрос! Конечно, подниматься!.

Заваливает знакомая одесская компания – Валеркина заводская бригада, с которой он сплавлялся на плотах по сибирским рекам. Квартиру сразу заполнил шум, смех, запах костра. Ребята немного отмылись, и потекли воспоминания. О том, как при загрузке в вертолет они сказали, что везут не тяжеленные прорезиненные плоты, а легкие электронные платы, хотя когда грузили их, у кого-то от напряжения штаны лопнули. И о том, как у охотника была лаечка, которой он в благодарность за верную службу поставил на клычок золотую коронку, такой золотой зубчик... И так мы хорошо (как всегда) посидели!

А потом у меня появилась песня.

Эта история имела свое продолжение на следующий год. Я был приглашен на БАМовский фестиваль авторской песни в честь закладки „Золотого звена“ и стыковки „Магистрали века“. Нас, нескольких бардов, из Тынды на вертолете перебросили в поселок Чару выступить перед строителями магистрали. После концерта выяснилось, что неделю назад здесь была группа туристов-водников из Одессы, и они пели мои песни. Все ясно, это Юфа со своей бригадой прилетел сплавляться по реке Чара, а заодно и повеселил публику!

Явление третье

80-десятые годы уже прошлого века. Накануне 50-летия известного спортсмена-ориентировщика Жени Иванова в Москву стали слетаться друзья со всего Союза под видом „Всесоюзного семинара по ориентированию“. Конечно, прилетели и одесситы, в том числе Люда Фомина и Валерка Юфа. Перед главным событием – юбилеем Иванова мы встречались в разных компаниях по всей Москве. Одна из компаний собралась у Иры Андреевой, где был и Юфа. Пели, пили, балагурили. Валерка, как всегда, сыпал анекдотами, стихами, рассказывал о сценарии своего слайдфильма „Я садовником родился“. Угомонились под утро, прикорнув кто где.

Утром мы с Юфой выпросили у хозяйки – Ирины „мерзавчик“ коньяка, который она приготовила, чтобы добавить в пирог, и через полчаса на листке бумаги я только успевал записывать строчки, которые приходили в голову. Потом взял гитару и начал придумывать мелодию. Получился подарок Жене Иванову, песенка „Полюс друзей„, которая в какой-то мере была обо всех нас.

Далее события развивались, словно в красочном калейдоскопе. Банкетный зал, море знакомых улыбающихся физиономий, юбиляр во всей красе, тосты, выступления друзей на сцене. Песни, мужской кордебалет в дамских колготках, отдельно – цикл одесских песен: Юфа, Фомина, Щеглов и многое другое. Расходимся поздно, кто как, кто куда, в полном кайфе...

Наутро созвонились, выяснилось, что Валерка посеял паспорт с деньгами и командировкой. Заявили о потере в милицию и стали терпеливо ждать...

Прошло два дня. Тихо. Валерке пора было уезжать. Надо было что-то делать.

Я вытащил свой паспорт и внимательно стал его рассматривать. Красная обложка с Гербом Советского Союза и далее – где родился, кем выдан и когда, фото владельца, прописка (то есть места обитания), ну, и наконец Правила обращения с Основным документом, удостоверяющим личность. И я решил сделать Юфе паспорт сам!

В канцтоварах купил большую красную папку, несколько листов ватмана, клей; в ГУМе отыскал шелковый спортивный вымпел, на нем красовался Герб Советского Союза. Вырезанный герб был приклеен на красные „корочки“, вместо фото был изображен фоторобот владельца с отпечатками рук и ног, вместо печати МВД был приклеен компас с надписью по кругу „Коза ностра“. Сейчас уже не помню всех тонкостей, но были заполнены все положенные страницы, в том числе графа „Места обитания“: „Одесса – зеленый диванчик; Москва – красный диванчик“. Учитывая, что гость Москвы потерял еще и валютные чеки, на последней странице был приколот пакетик с валютной мелочью.

Но, самое главное, что согласно Правилам, после утери Основного Документа, его владелец, получив запасной Документ, из Основной личности объявлялся запасной и должен был теперь носить настоящий Документ на веревке, накинутой на шею, заправив Документ под майку и резинку трусов. Экспресс „Белая акация“ уходил на следующий день после обеда с Киевского вокзала. Я созвонился с Валеркой, сказав: „Кое-что есть, но надо встретиться пораньше, в вагоне!“. Когда я прилетел на вокзал, Юфа вышагивал около своего вагона, глаза его заинтересованно блестели. Мы обнялись! Потом нашли в еще пустом вагоне пустое купе, я достал чекушку, стаканчики, пару бутербродов и взволнованно сказал: „Дорогой Юфа, это невозможно, чтобы славный представитель города-героя Одессы уезжал из города-героя Москвы без Основного Документа! Давай выпьем!“. Ну а потом ... надо было видеть Валеркино лицо! Мне даже показалось, он был рад, что потерял паспорт.

Согласно „Правилам ношения Запасного Документа“, я повесил на Валерку его новый Паспорт, допили мы с хохотом эту чекушку, и Валерка пошел провожать меня, так как времени до отхода поезда было еще очень много. Поговорили обо всем на свете. А под конец Валерка мне говорит: „Слушай, вот тут у меня крутятся две строчки, я никак не могу их никуда пристроить: „Ну, здравствуй, Дюк, я вновь к тебе вернулся!“ Придумай с ними что-нибудь“.

На этом я распрощался с довольно повеселевшим Валеркой. А через какое-то время привез в Одессу песню, где были, в том числе, и слова Юфы.