Последние сообщения:
: можно приехать 4-ого, но об этом надо будет сообщить нам заранее.Таня
2012-02-06 22:14:18
: особенно приветствуются участники мужского пола=)Druid
2012-02-06 13:17:02
: Ну да -повезло. -25 градусов мороза и ураганный ветер. Да и снега, ...ну в общем Вам по пояс...will
2012-02-05 22:53:29
Палатка 3+1 топовая модель : Палатка -Чемпион для победителей-покорителей, производства Норвегия Helsport (лидер производителеwill
2012-02-04 20:08:15
: Внимание
Сбор рабочей группы на счет Юбилейного слета переносится на 13.02, в 19.30. Быть всем!Таня
2012-01-23 23:29:45
Георгий Гергая, Одесса.
Президент Одесской областной федерации спортивного туризма,
Судья Всесоюзной категории
Истории про нас
Знакомство
В конце 1968 года я вернулся из Советской Гавани в Одессу и поступил на работу в Черноморское ЦПКБ. После бурной музыкальной и туристской жизни на Дальнем Востоке Одесса показалась скучной. От студенческой компании никого не осталось. Помогли ребята, знавшие меня по институтской самодеятельности, и позвали в городскую команду КВН – команду „Трубочистов“, где я провел сезоны
Туризм и ориентирование как-то отошли к воспоминаниям, пока в начале 1970 года я не увидел афишу, приглашавшую желающих в школу Одесского турклуба. Понял, что
Листопад назначил мне свидание в среду в
В назначенном месте я увидел толпу. Спросил Листопада – показали. Я представился, сказал, что хочу заниматься ориентированием. Андрей позвал из толпы невысокого парня: „Это Валера Юфа, председатель секции ориентирования“.
Так мы познакомились. Я достал справки краевого семинара судей и всесоюзного семинара начальников дистанций. Юфа хмыкнул: „Нормально. Если хочешь, в пятницу утром едем на соревнования. Поможешь ставить дистанции“.
Приехали на станцию Борщи, поселились в
Ходили мы вместе, а определять места КП, привязывать их к рельефу и ситуации Юфа оставил мне. Он явно наблюдал и оценивал мою работу. Места постановки КП и подходы пометили белой лентой.
Вернулись в сумерках, поели и легли отдыхать. Поздно вечером со станции пришли остальные судьи и участники. Среди них выделялся долговязый парень по имени Фред. Он шумно рекламировал детский надувной полиэтиленовый матрасик, с которым летом собирался идти на Кавказ. А потом спросил Юфу: „А кто это?“. Догадавшись, что речь обо мне, приоткрыл глаза. Юфа сказал: „Новый начальник дистанций“. – „Ну и как он?“ и, увидев, как Юфа поднял большой палец я, довольный, уснул.
Когда проснулись, ахнули – ночью выпал снег, и теперь наша белая маркировка стала невидимой. Пришлось спешить, чтобы снова найти намеченные вчера места КП.
Утро выдалось прекрасным, солнечным. Снег быстро таял и
Так я стал начальником дистанций. Первенства ДСО, городские и областные соревнования, в программе фестивалей на теплоходах – два года я ставил почти все дистанции, пока не подтянулись Витя Юрдик, Виталик и Игорь Капустинские, Саша Соловьев.
Юфа продолжал возглавлять секцию ориентирования гортурклуба. Мы сблизились. Когда в сентябре 1971 года я женился, то первое свадебное путешествие мы совершили вместе с Юфой, Дежурной, их сыном Олегом в Граданицы, где, увязая в осенней грязи, искали место для слета.
Через год родилась моя дочь, и, когда она немного подросла, вечерние прогулки с ней я делал через весь город к Юфе на Лазарева 20. Пока Вика спала в коляске на лестничной площадке, мы занимались своими делами.
Пройдет несколько лет, Юфа с Дежурной переедут на улицу Новоселов, где во время танцев я буду вышибать паркетины, но тепло Лазаревской перегороженной горбатой комнатушки останется со мной навсегда.
Праздник
Из всех судейских должностей в ориентировании самая интересная – начальник дистанции. Она позволяет долго жить в лесу, узнавать его.
В начале
Петровка – милый аккуратный лесок на склоне большой долины маленькой речушки Тилигул с соловьями, фазанами, кроликами и прекрасным видом на долину.
Сербино – большая дубрава на глубоких оврагах с кабанами, косулями и лисицами.
Местные лесники стали нам чуть ли не родными. Поэтому карты именно этих лесов были откорректированы первыми. Петровку в 1970 году сделал я сам, а южную часть Сербино в 1972 помогали делать Юфа, Витя Юрдик и Саня Ногов.
Весной 1973 года началась корректировка северной части Сербино.
Вечером 8 мая мы всей бригадой плюс Таня Дежурная, закончив работу, собрались на дороге Балта – Кодыма возле заброшенного кордона прямо в центре урочища. Предстояло идти в Слободку, где завтра надо будет судить первенство города. Но уже темнело, все устали и решили заночевать здесь. На бугре поставили большую польскую палатку и начали готовить предпраздничный ужин.
На самом кордоне обосновалось колхозное стадо, только – только выбравшееся на травку после зимней голодухи. Коровы шевелились и шуршали в теплых сумерках. Фыркали лошади.
Спустилась ночь. Мы ужинали в палатке. Каждый
Тут пришел пастух, сказал, что в стаде телится корова, попросил света. Пошли с фонарями помогать пастухам. Тощие, мокрые коровы сгрудились на опушке. Возле телеги пастухи возились с новорожденным теленком.
Гроза кончилась так же неожиданно, как и началась. Вызвездило. Погудев немного возле палатки, мы улеглись.
Утро было ясным. Только пар от земли напоминал о вчерашнем дожде. У разродившейся телки не было молока, и пастухи собирались везти теленка на ферму в Слободку. Мы быстро собрались, бросили рюкзаки на телегу и пошли за ней по прохладе.
Телега медленно скрипела, мы лениво разговаривали. Перешли железную дорогу и замерли: в середине зеленого поля озимых красными пятнами двигались пасущиеся косули. Шум телеги спугнул их. И они полетели над полем, сверкая росой в солнечных лучах. Они летели огромными долгими прыжками, как в замедленном кино, пока не скрылись за холмом.
Ошеломленные увиденным, молча двинулись дальше. В телеге из соломы пялился на мир теленок. Было утро 9 мая.
Опознание трупа
Году в 74-ом появился в турклубе капитан милиции Коля Авраменко и попросил помочь провести соревнования по ориентированию, которые ввели в программу милицейского многоборья. Со своей стороны он гарантировал транспорт, питание и, что особенно понравилось, освобождение от работы с помощью повестки.
Последнее срабатывало безотказно, пока не стало слишком частым – оказалось, надо было еще проводить тренировки со сборной командой.
Мое руководство начало роптать, догадываясь, что эти отлучки происходят не без моего желания.
Тогда мы придумали и несколько раз разыграли другой вариант. Взяв повестку, я шел в свое КБ, с криком „Надоело!“ возмущенно демонстрировал ее начальству и энергично брался за работу.
К 10 часам в приемной директора раздавался звонок из УВД – справлялись, работает ли у них гражданин Гергая, и находится ли он сейчас на месте?
Испуганная секретарша узнавала, есть ли я, получала утвердительный ответ, и тогда ей поручалось под личную ответственность обеспечить мою явку через 15 минут в приемную, куда за мной зайдет оперативная бригада УВД и повезет на опознание трупа. Секретарша все передавала начальнику, тот разводил руками и, буквально, заставлял меня уйти с работы.
Тем временем у дверей КБ останавливался „УАЗик“, из него выходили
Зайдя в приемную, штатский (конечно, это был Юфа) набрасывался на меня с криком: „Вы получили повестку?! Почему не явились?! Там труп заванивается, а мы вас по всему городу ищем! Вы что, хотите сорвать следствие?!“
Выпустив пар, Юфа доверительно говорил секретарше о тяготах работы, о нежелании отдельных граждан выполнять свой долг перед органами правопорядка. При этом он с такой укоризной смотрел на меня, что, действительно, становилось стыдно.
Мы шли в машину, где сидели остальные ребята и лежал мой рюкзак, выпивали по стаканчику вина, и затем всю дорогу Валера рассказывал о разыгранном спектакле, добавляя все новые детали. А я придумывал ужасающие подробности очередного опознания трупа для рассказа сослуживцам.
Полибидометр
по – частица в русском языке с широкими полномочиями;
либидо – половое влечение;
метр – прибор для измерения предыдущего понятия;
полибидометр буквально измеритель полового влечения, иносказательно - информационное табло для соревнований с раздельным стартом.
Когда я влился в судейскую коллегию ориентировщиков, времена побед одесских спортсменов прошли. Стало очевидным, что в безлесной области серьезно заниматься ориентированием невозможно. Мы не могли сделать ориентирование массовым, не могли ставить дистанции высокого класса и растить у себя мастеров спорта. Потому и для роста судейской квалификации выше первой категории мы могли использовать только республиканские соревнования, где из всех должностей в ГСК нам могли дать должность заместителя главного судьи по информации. А чтобы на эту должность претендовать, нужно было зарекомендовать себя лучшими в этой области, что и делалось. При этом ставились две задачи:
– результаты участников должны появляться на информации сразу же после их финиша;
– результаты вычислялись информаторами независимо от секретариата.
Выездная бригада информации уже существовала, ее возглавлял Юфа. В ее состав входили
Весной 1976 года Юфа объявил, что чемпионат Союза в Черновцах обслуживает наша бригада. И для этого будет построено принципиально новое табло под названием „полибидометр“, которое он изобрел.
Перед чемпионатом проводился семинар судей. Мы (Юфа, Таня Дежурная, Люся Гергая, Саша Ногов и я) приехали и не успели поселиться, как Юфу свалил приступ геморроя. Он отдал мне чертежи, рассказал принцип действия табло и назначил прорабом.
На заднем дворе турбазы закипела работа. Весь мужской состав семинара был занят строительством. Погода была хорошей, и через 2 дня табло из фанеры, ДВП и деревянных реек было готово. Тут и Юфа выздоровел.
Табло установили на поляне стартов. Метров пять в длину и два в высоту, оно внушало уважение своим загадочным видом.
Тем временем был объявлен конкурс на должности „переделяторщиц“ и „полибидометристок“ – тех, кто будет вынимать разноцветные номерки участников из переделенных картонками коробочек, и тех, кто будет вешать их на табло. Отбирали только тех, кто мог без запинки произносить оба эти слова.
И вообще, возле наших домиков постоянно
Наконец, пришел день первого старта – день испытания полибидометра и слаженности нашей бригады. С утра полил дождь, не прекращавшийся все дни соревнований. Пошли первые участники, задвигалась линейка стартового времени, посыпались сообщения с
Юфа ходил именинником. Наша бригада прекрасно отработала все дни, полибидометр стал гвоздем чемпионата, и запомнился надолго, как апофеоз доэлектронной техники.
В таком виде его больше не строили. Хотелось
Так и осталось это табло легендой в памяти очевидцев. А тех, кто его не видел, оно дразнит загадочностью своего названия.
Отчет о походе
В феврале 1980 года пришло Положение о третьем Республиканском слете туристов. Витя Кашенцов, Юфа, Саша Арбит, Миша Меламед, Валера Зайцев, Толик Бондаренко и я собрались в клубе, чтобы обсудить наши возможности в конкурсной программе. Увы, в каждом творческом конкурсе был пробой, а для киноконкурса, который проводился по трем разделам (
Обсуждение шло вяло, клуб пора было закрывать. Арбит предложил продолжить разговор у него в кинокружке дома детского творчества возле Троицкой церкви, а заодно посмотреть, какие у него есть материалы для фильмов.
Пока шли, возникла идея сделать пародию на отчет о походе. Уже не помню, что показывал Арбит, и что говорили по двум первым разделам, но когда дошло до свободной темы, идея пародии всем понравилась. Начали фантазировать, постепенно вырисовывался сценарий. Чувствовалось, что может получиться фильм. Игровой фильм на туристскую тему? Это нас не испугало. Арбит, кажется, поставил условие, чтобы никто не отказывался сниматься, так как времени очень мало. Поручили Юфе написать сценарий и разошлись.
Праздник 8 Марта отмечали у меня. Юфа с Таней пришли раньше всех. Он потянул меня на кухню и показал написанное.
– Понимаешь, я записал, что вспомнил, но все равно не получается.
И мы до прихода остальных придумали недостающие смешные концовки эпизодов, которые придали сценарию законченность.
Вскоре Арбит с Юфой начали снимать фильм. В качестве натуры использовали гостиницу „Турист“, дом Юфы на Лазарева и турклуб. „В ролях“ снялись Люда Головко, Таня Дежурная и дети - Олег Юфа и Аня Меламед.
Мне с Юфой достались роли членов МКК, которых герой фильма – Миша Меламед подкупал выпивкой и закуской. Эпизод снимался в конце клубного дня, и бутерброды оказались очень кстати.
Еще помню, Саша Арбит никак не мог подобрать фонограмму на финальный эпизод – воспоминание о походе, и я буквально заставил его использовать увертюру к „Тангейзеру“, чтобы финал зазвучал, как гимн туризму.
Когда, наконец, мы увидели смонтированный фильм, стало ясно, что он победит в конкурсе.
С тех пор, где бы мы его ни показывали, успех был гарантирован. Только председатель нашей МКК Виля Калмыков долго обижался на неправильную трактовку образов членов МКК.
Вообще, я отнесся к работе над этим фильмом, как к помощи ребятам, а вот Юфа увлекся сценариями и съемками. Они с Арбитом сняли „Одесские слеты“, „Катакомбисты“. Одновременно он начал делать слайдфильмы. И, как всегда, Юфа быстро становился профессионалом.
Уезжая в Америку, Саша Арбит оставил нам подарок – перевел на видеокассету все фильмы, сделанные в киностудии „Азимут“. И теперь, показывая себе и друзьям эти фильмы, я ловлю себя на мысли, что за прошедшие годы на различных конкурсах туристских фильмов мне не пришлось увидеть фильма лучше „Отчета о походе“.
Как мы не стали призерами
Северный Кавказ. Дзинага-81. Первый Всесоюзный слет туристов. От Украины участвуют три делегации – Одесса, Донецк и Днепропетровск. Одесситы – первый номер, как победители
Здесь, в Дзинаге, наши шансы на призовое место весьма реальны. Команды пешеходников, велосипедистов и горников – среди фаворитов. Спелеологи, водники и
Я – заместитель главного судьи конкурсной программы. Из любопытства присутствую на первом совещании главной судейской коллегии с представителями. Слышу, как заместитель главного судьи Эмиль Кодыш говорит, что
Слет набрал обороты. Работы было много. В лагерь делегации наведывался редко. На результаты соревнований смотрел мимоходом.
Одесские команды, вобщем, выступали в свою силу, только велосипедисты, явно лучшие, откатились на
По традиции, в нашей делегации обязательно просчитывали результаты и сверяли их с официальными. Это делали я и Юфа. Когда я судил, это должен был делать Юфа. На этом слете традиция
Наступил последний день слета. Гуляю по турбазе, прохожу мимо секретариата. Там наша Лариса Мирвис
– Над чем трудишься?
– Да вот, пересчитываю последние результаты с учетом коэффициентов.
Упоминание о коэффициентах насторожило и заставило посмотреть в ее табличку. От недобрых предчувствий вспотел. Так и есть! Декларация ГСК выполнялась с точностью до наоборот! На результаты по вело-, спелео- и
– Кто дал коэффициент?
– Главный секретарь Грановский.
Бросился искать Женю Грановского – нашего старого друга еще по ориентированию. Нашел.
– Женя, вы неверно считаете общий зачет. Коэффициенты больше единицы повышают влияние! – и тут же на бумаге доказываю ему это.
– Вообще-то я доверился Кодышу. Он сказал, что несколько раз просчитывал, и такой коэффициент правильный. Сам я не проверял. Если хочешь, пиши протест, но часть результатов еще вчера внесена в таблицу зачета слета и никто не протестовал.
Бегу в домики нашей делегации, нахожу Юфу. Он уже веселый,
– Ты считал результаты?
– Так еще не все виды вывесили.
– Уже все. Они ввели не тот коэффициент, и у нас
Юфа сообразил быстро.
– Что же делать?
– Пиши протест, я продиктую.
Пока бегал, текст протеста сложился в голове. Юфа под диктовку записал его. Там было упоминание о заявлении заместителя главного судьи на совещании с представителями и примеры подсчета результатов с разными коэффициентами. Попытка найти союзников по протесту ничего не дала. Вместе с нами свое положение на
Тем временем слет готовился к награждению победителей и закрытию.
Протест уже ждали. И вот перед нами разворачивается последний акт этой драмы.
Вдоль задней стены домика ГСК
Обругав Юфу, я пошел складывать вещи.
Наткнулся на Грановского.
– Женя, как же так? Я такого страшного ляпа ГСК не припомню! Почему даже не приняли протест?
– А потому, что протест неубиенный. Кроме того, уже поздно. Будь протест вчера, по горячим следам можно было бы переиграть. А сегодня уже все привыкли к своим местам. Пересчеты вызовут скандал и неуды главному судье и главному секретарю. Кто этого захочет? Даже Лойко согласился. Смирись...
Я смирился, хотя еще долго кипел, ощущая себя человеком ограбленным, якобы, на законных основаниях. Праздник закрытия был испорчен.
Свердловчане, которые получили третье место, наш рассказ об этом встретили с недоумением.
Главный виновник ошибки – Эмиль Кодыш позже и вовсе все отрицал: мол, результаты были подведены верно.
Юфа отнесся к вопросу, как фаталист – не судьба.
У нас этот случай помнят пять-шесть человек. А для непосвященных мой рассказ, скорее, похож на пример ошибок ГСК и невнимательности представителей, придуманный для судейского семинара.
Зубы дружбы
В апреле 1984 года отправились мы с Юфой в Коктебель на семинар главных судей и главных секретарей Всесоюзных соревнований по туризму. Такое громкое название обещало встречу с друзьями из разных концов Союза, знакомых по теплоходам и Всесоюзным слетам. Так и оказалось.
На автотурбазе, кроме семинаристов, никого не было. Поселили нас в трех корпусах, которые закрывались на ночь. Мы с Юфой выбрали комнату на первом этаже возле входа в корпус и, как оказалось, не прогадали. В этом же корпусе жило руководство семинара и большая часть друзей.
Каждый вечер на крыше – веранде нашего корпуса собиралась „элита“. Накрывался стол и шел свободный обмен мнениями с песнями и плясками. Мы поднимались на крышу последними, таща авоську с натуроплатой – данью, собранной за проход в корпус через нашу комнату „неэлитных“ семинаристов.
Когда же ночная программа семинара кончалась, нам приходилось давать приют жителям других корпусов, которые могли выйти от нас, но не могли попасть в свой корпус, потому что там не было таких благодетелей, как мы с Юфой. Дошло до того, что некоторые постоянные клиенты приносили с собой спальные принадлежности.
Так мы резвились все пять дней семинара. И хотя, по большому счету, этот семинар не сильно отличался от других, было в нем то, что выделило его и сохранило в памяти.
А, во-вторых, – тот дух дружбы и веселого озорства, который обычно не сопутствует серьезной учебе.
Тут уместно вернуться к случаю, давшему название этому рассказу.
Дело в том, что по дороге в Коктебель всем известная бабушка московского туризма Ирина Вайнштейн („Парус“) встретила не менее известного Евгения Иванова – давнего друга Юфы и одесских ориентировщиков, который, как главный тренер ЦС „Динамо“, вез на сборы в Феодосию сборную команду. Узнав, кто будет на семинаре, Женя бросил своих и приехал к нам.
В один из вечеров на крыше возник по „какому-то“ поводу спор, в результате чего Юфа вскочил на парапет веранды и пошел по нему, балансируя руками. Он прошел уже метров пять перед затихшей „элитой“, когда мы с Женей сообразили, что судьба может отвернуться от него. Тихо подкравшись, мы схватили его и стянули на крышу. От негодования Юфа завыл и вцепился зубами в Женину ягодицу. Теперь завыл Женя. Инцидент быстро забыли, и общение продолжилось.
Утром Иванов сильно хромал, а Юфа гордо демонстрировал свои зубы. А я взял фотоаппарат, вывел обоих на клумбу, заставил Женю спустить штаны, а Юфу – оскалиться, и нажал спуск.
И теперь у меня два напоминания о том семинаре – найденный на берегу прекрасный образец карадагского трасса и слайд, на котором зубы Юфы соседствуют с синяком на ягодице Жени Иванова.
Гость из Иваново
Как-то зимой смотрю телепрограмму „Время“. Показывают празднование Масленицы в Москве – ну там ряженые, пляски, блины и столб на площади, а на столбе – приз. И все желающие лезут по столбу за призом. А тем временем диктор говорит, что приз достал гость из Иваново. Показали гостя – неказистого парнишку с самоваром в руках.
И тут я смекаю, что в Иваново в командировке должен быть Юфа. Звоню его Татьяне.
– Ты „Время“ смотрела? Там показывали, как Юфа в Москве на столб залез и выиграл самовар.
– Так он же в Иваново.
– А диктор так и сказал – гость из Иваново.
Позвонил о том же Кашенцову, Меламеду, рассказал в клубе. Словом, когда Юфа приехал, его уже ждали.
Скажете, обыкновенный розыгрыш. В общем, да. Но ведь никто не усомнился в том, что это был Юфа, даже те кто видел передачу!
Прощание
29 апреля 1992г. Пришел с работы, сел обедать. Зазвонил телефон. Люся сняла трубку.
– „Это Таня Транская. У Юфы
Я ответил: „Пить меньше надо“.
Снова звонок. Опять Люся поговорила. Я кончил есть. Тут Люся и сказала: „Юфа умер“.
Как пришибло... Сквозь слезы набрал телефон Хорошевского. Потом поехали к Юфе домой.
На следующий день с отчаянным упорством обзванивал друзей в других городах.
1 мая – мой день рождения. Настроение никакое.
2 мая – похороны. „Прощай, наш любимый баламут...“
После поминок зашли к Транским – у Тани день рождения. Погрустили.
Прошло недели две. Поехали с Толей Хорошевским на слет школьников в Харитиновку. В один из вечеров сделали шашлыки. Выпили. Помянули Юфу. И тут меня прорвало. Уткнувшись в траву, зарыдал, и не мог остановиться.
Что значил Валера для меня?
Что означает слово „друг“ и когда приходит осознание этого слова?
Он радовал и раздражал, веселил и утомлял. Дарил шутки и забирал себе чужие. Быстро обучался новому и чтил традиции. Легко и просто общался. Всюду обрастал знакомствами, но оставался одинок. Был патриотом. Гордился наградами и носил их. Любил покрасоваться и похвастаться, но не уважал заносчивых. Изливал душу в стихах, но не был понят. Имел принципы и шел на компромиссы. Был настоящим мастером в работе и увлечениях. Обладал оригинальным аналитическим умом. Близко принимал чужую беду, не терпел несправедливости. Презирал жлобов и был циником. Не умел играть на гитаре и петь, но делал это. Генерировал идеи и продуктивно спорил...
Впрочем, этими качествами владел не один он. Зато он был душой компании, а этим все сказано. Ему прощали то, что не простили бы другому. И его любили, как не любили других...
Слезы высохли. Пришло успокоение. Валера отпустил меня. Заливались соловьи, догорал
костер...